Clique Film Fest: «По ту сторону надежды»
Каурисмяки – скорее музыкант, нежели кинематографист. Потому что способы, с помощью которых он воздействует на зрителя, носят музыкальный характер. Непонятно, как он достигает эмоций, как нас заставляет нервничать, сопереживать, смеяться и плакать. Вроде бы все его истории простые, легкие, проблемы на поверхности, конфликты бесконфликтные, герои как мы, ситуации знакомые. Но всегда и непременно что-то внутри заклинивает, дергает, заставляет задуматься. Как какой-то музыкальный рефрен или ноктюрн. Природа его кинематографического мира музыкальна – Каурисмяки режиссирует ритмом, повторениями и интонацией.
Абсолютно искренняя интонация – ядро фильмов финского мастера, где нет ни малейшей фальши. За какую бы тему он не брался. Потому что, когда создаешь свой собственный мир, в нее не могут войти понятия реальности. «Гавр», «Человек без прошлого», «Девушка со спичечной фабрики» - каждый фильм - цельная и органичная планета, объединенная вселенной Каурисмяки, вечно пьяного и вечно молодого демиурга. Сложно было избежать переизбытка патетики в новом фильме «По ту сторону надежды», где мы видим (или слышим?) историю Халеда, молодого беженца из сирийского Алеппо. Тема злободневная и, если честно, уже наскучившая многим (не только киношникам). Но режиссер доказывает, что современный мир и свой мир можно с легкостью объединить. Не зря в фильме два главных героя, две линии – сириец Халед и финн Викстрём. Не тема впитала автора, а сам автор растворил в себе все беды и горести сегодняшнего мира.
«По ту сторону надежды» – грустный и печальный фильм, своей формой напоминающий блюзовую композицию; вопль Каурисмяки по поводу нашего мира и своей жизни. Эта картина наиболее остро и внятно показала проблему беженцев, их горе и их трагедию. Как ни ужасно это говорить, но после нее радуешься тому, что у тебя есть дом, страна, Родина. Что у тебя есть где спрятаться и укрыться. Таких ощущений у меня не было даже после просмотра документального фильма «Море в огне» Джанфранко Рози, который тоже про беженцев и который получил в Берлине «Золотого медведя» 2016 года. Каурисмяки же получил только приз за режиссуру, но только годом позже. «Главное величие замысла», – говорил великий Гете. Вслед за ним эту сентенцию повторял Бродский. Они – поэты большого, масштабного. Как в кино, например, Тарковский, Бондарчук, Висконти. Но есть поэты небольшого, интимного, кроткого и мягкого. К ним и принадлежит Каурисмяки. Его герои - маленькие, лишние, ненужные «здоровому» обществу, маргиналы, как сириец Халед или Викстрём, решивший жить не как все. Но понемногу мы понимаем, что именно они и есть костяк нашего общества – настоящие профессионалы, которые обладает навыками не только физической работы, но и душевной. Совестью, в конце концов. По ту сторону надежды, может быть, и темно. Но главное то, что надежда вообще есть – это успокаивает.
В кино ходил Баглан Кудайберлиев
Оцените рецензию
Нет комментариев, оставьте первый
, чтобы оставить комментарий