Арман Асенов: «Закон о кино - это полная утопия»

Арман Асенов: «Закон о кино - это полная утопия»

Собираясь на интервью с Арманом Асеновым, я волновалась, как пройдёт наша беседа. Но моя тревога оказалась напрасной, встреча прошла интересно, Арман не только рассказал о волнующем всех проекте «Қазақ елі», но и поделился своими мыслями о казахском кино и о том, как «вытянуть» отечественный кинематограф из безвыходного положения. Поскольку с Арманом мы проговорили около двух часов, наше интервью выйдет в двух частях. Предлагаем Вам познакомиться с 1 Частью.

- Арман, расскажите, пожалуйста, о своей первой роли. О том, какие чувства у Вас возникли на первой съёмочной площадке?  

- Первая моя роль в кино была очень давно, в начале 90-х. В то время, перед развалом Советского союза, режиссёры начали экспериментировать, приглашать в кино непрофессиональных актёров, как раз в тот период вышли картины «Игла» Рашида Нугманова и «Курьер» Карена Шахназарова. Тогда я неожиданно попал в кино, откуда больше не уходил. Это сейчас принято, что 90% актёров не имеют профессионального образования, а в Советское время в кино попасть - словно в сказке очутиться. Мой первый фильм как раз и был сказкой - «Кайсар» режиссёра Виктора Пусурманова (смеётся). Естественно, для меня первые чувства были непонятными, это сейчас я понимаю, какой это большой и кропотливый труд, а в 1991 году мне всё казалось простым. Ещё до фильма мой одноклассник предлагал мне поступить в театральный институт, но я говорил, что разве это профессия? В итоге, я поступил по другой специальности, а оказался в кино.  

Арман Асенов

 

- Ваши родители – военные. Вы не хотели пойти по их стопам?

- В Советское время военные люди часто переезжали по всему Союзу. Я, конечно, хотел поступить на военную службу, но отец сказал, что тогда мы не сможем видеться, так как служба разбросает нас по всей стране.

- Не жалеете об этом?

- Честно скажу, думал об этом и, если бы всё можно было вернуть, то также бы всё и оставил. Абсолютно не жалею о своём выборе. Приятно работать в удовольствие.

- Есть ли у Вас кумир?

- У меня есть кумир, и он всегда им остаётся - Мэл Гибсон - человек, на которого я изначально равняюсь. Часто говорю, что в кино есть два человека: Мэл Гибсон и Мэл Гибсон. Он - актёр и продюсер, который действительно достигает поставленных целей. Каждый его фильм - шедевр, с которого я стараюсь брать пример в казахстанском масштабе. Моя задача - это привезти в Казахстан статуэтку «Оскар». В прошлом году мы сняли картину «Аманат» и планируем отправить её на «Оскар». Сейчас мы работаем над субтитрами, делаем их на общедоступном английском языке, который смогли бы понять индусы, сингапурцы, англичане. Во мне есть внутренняя уверенность, что всё у нас получится. В 1998 году мы были на встрече с Президентом, и он сказал, что в Казахстане нет ни одного оскароносного фильма и ни одного нобелевского лауреата. Если у нас в спорте, искусстве или кинематографе, кто-то прорвётся на мировой уровень, даст мировому пласту казахское наследие, то все заинтересуются нашей страной.  Тогда, на встрече с главой государства, я удивился тому, насколько Нурсултан Абишевич осведомлён о кинематографе, ведь под его руководством экономика страны, политика. Он рассказал нам простые идеи, до которых мы сами не могли додуматься, дал направление, которому, можно сказать, я посвятил жизнь.

Арман Асенов

 

- В каком году Вы хотите претендовать на «Оскар»?

- Мы будем участвовать в этом году, а церемония пройдёт уже в следующем 2017 году. Отправлять фильм будем в марте, но так как одно из условий участия в конкурсе - прокат в своей стране, то для начала весной мы покажем фильм в Казахстане.

- Премьера фильма ведь прошла в мае прошлого года, почему так долго не было картины в прокате?

- Мы ведь производим кино. А на «Казахфильме» есть отдел, который  занимается продвижением и прокатом. Мы сами были удивлены, что так получилось. Конечно, изначально мы думали пустить картину в прокат в январе, но, как нам сказали, в это время выходят кассовые американские фильмы.   

Знаете, у всех наших соседей прокатное удостоверение выдаёт кинопроизводящая организация, таким образом, она регулирует модель проката. Допустим, когда в России выходила в прокат их картина «Сталинград», они на тот момент не выдавали прокатное удостоверение американским фильмам. И тогда кассу собирал отечественный продукт, который пытался окупиться. У нас же прокатным удостоверением занимается Министерство культуры и спорта, которое выдаёт его через электронную систему правительства Egov.kz абсолютно бесплатно. При этом, временной и возрастной цензор определяет сам заявитель, и в течение трех дней министерство должно выдать прокатное удостоверение, в противном случаем это будет считаться преступлением. Таким образом, получается, что они выдают прокатное удостоверение, не отсмотрев материал. Лично я считаю, что прокатное удостоверение должна выдавать именно киностудия «Казахфильм».

Гоголь сказал: «В России есть две проблемы: дураки и дороги». Мухтар Ауэзов сказал замечательную вещь: «В Казахстане есть три проблемы: дураки, дороги и «временщики». Люди, которые временно приходят и не задумываются о будущем, называются «временщиками». Астанинский синдром: пришёл, поработал, а завтра «трава не расти». Нет такого, чтобы отрасль поднять, создать и сделать программу на двадцать, пятнадцать, хотя бы на десять лет вперёд. Первым делом все кинематографисты бьются за закон о кино, я считаю, это полная утопия. Это тупиковая ситуация, в которую нас заводят для того, чтобы она не была решена, между прочим, в неё заводят нас не казахстанцы, а международные прокатчики. Система проката - это целая мафия. Например, сметану можно произвести, но нужно продать её вовремя, а то испортится, так и с системой проката. Производи всё, что хочешь, но тебя не пустят в прокат, и эту стену ничем не пробьёшь. Как только мы выходим за пределы забора «Казахфильма», наше кино никому не нужно. У нас в руках нет ни одного кинозала, ни одного кинотеатра, мы даже уговариваем кинотеатры проводить премьерные показы, и хорошо, что они идут нам навстречу. В основном же мы платим, чтобы обеспечить национальный прокат.

Арман Асенов

 

- Проводится ли работа над тем, чтобы у «Казахфильма» появилась возможность иметь рычаги влияния?

- Абсолютно нормально - иметь рычаги влияния, как я уже ранее говорил, прокатное должен выдавать сам «Казахфильм», поскольку есть Художественный совет, который может отсмотреть материал и дать возрастное ограничение, отсюда и рекомендовать время показа. У казахского кино время прайм-тайма, которое дают прокатчики, до 12 часов утра или после 22 часов вечера, а все сборы идут с 18 до 22 часов вечера в будние дни и с 10 до 13 часов в выходные дни. Остальное время забито иностранными фильмами. В 2010 году был принят закон о том, что вся ввозимая на территорию Казахстана аудиовизуальная продукция должна дублироваться на казахский язык. Если есть закон, значит, к прокату не должна допускаться ни одна картина без дубляжа. Но этот закон никем не соблюдается, 300 фильмов в год заходят на нашу территорию и из них дублируется 1-2 картины. В свою очередь, осуществление дубляжа также было бы хорошим дополнительным заработком для киностудии, ведь система дубляжа и аппаратура стоят, специалисты есть, а вот работы нет.

Возвращаясь к нашим соседям, у Узбекистана, Кыргызстана и Китая есть такое понятие, как «лицензия на право проведения съёмок», т. е. человек, который планирует снимать на территории страны, должен сначала подать заявку со сценарием, прописать съёмочные дни и локации, например, в Самарканде 3 дня съёмок, в Бухаресте 5 дней. После того, как выдаётся разрешение, нужно оплатить за один съёмочный день около 5 000 долларов киностудии «Узбекфильм». В нашем случае, в Казахстане было снято 9 полнометражных картин, 3 сериала, но, ни Министерство, ни «Казахфильм» никаких денег не получили. Даже те фильмы, которые снимают соотечественники, тоже должны обсуждаться худсоветом, рецензироваться. Ведь проекты киностудии - это всего 20% от производимой продукции, остальные 80% фильмов снимают частные студии.

Касательно закона о кино, я вот думаю, как же мы можем его принять, если у нас нет даже такой отрасли, как кинематография. В стране кино находится в составе Министерства культуры и спорта. В республике есть закон о свободной экономической зоне для поднятия отдельной отрасли или отдельно взятого региона, так почему территорию «Казахфильма» не объявить свободной экономической зоной? В нём всё прописано: налоговые и таможенные послабления, льготы. К сожалению, некому за это взяться, сформулировать и преподнести.

Арман Асенов

 

- Почему бы Вам этого не сделать?

- Один в поле не воин. Если я за это возьмусь, мне скажут: «Тебе это больше всех надо? Сиди». Обидно, что в Парламенте, Правительстве и Министерстве нет кинематографистов, которые бы знали о наших проблемах. Нас же загружают работой по полной программе, мы снимаем высококачественное кино, причём при бюджетах в сотни раз меньше чем Голливуд, ведь зритель избалован зарубежным кино, и делать что-то ниже по качеству невозможно, так как сразу раскритикуют.

Раньше наши родители ещё знали казахстанских артистов, собирали с ними открытки, но сегодня молодое поколение никого не знает. И мы пытаемся исправить эту ситуацию, но без помощи от государства и законодательства мы будем лишь биться в наглухо закрытую дверь. Вопрос не в  том, что у нас не хватает населения, это не так. На рынке кинобилетов чистая прибыль составляет около 80-90 миллионов долларов в год. Для кинематографа этого достаточно, но абсолютно все деньги уходят за границу.  Во Франции на законодательном уровне 40% от продажи любого кинобилета начисляется в поддержку отечественного кинематографа. В Китае другой подход: в год запускается всего лишь 20 иностранных фильмов, остальное - китайский продукт.

- Возможно, дело в отсутствии рекламы?

- Все думают, что на фильм выделяются огромные деньги, но, если оттуда убрать НДС (налог на добавленную стоимость) и другие расходы, то остаётся 1/3 часть от общей суммы, в которой не обсуждается продвижение. В такой момент переживаешь о том, как снять это кино, потому как финансирования ни на что не хватает. Одна цель - довести картину до конца и сдать её. Дополнительных средств «Казахфильму» государство тоже не выделяет. Однако недавно в Правительстве обсуждали выделение крупной суммы на продвижение в мире выставки «Экспо-2017» и 28-й Всемирной зимней Универсиады. Получается, что на проведение мероприятий установлен один бюджет, а на продвижение - другой, и это хорошая тенденция. Мы немало  денег тратим на производство кино, а на продвижение их просто нет, поэтому здесь должен быть государственный подход. Когда в Министерстве заказывают фильмы, они считают, что зритель смотрит эти картины, но на самом деле всё наоборот. Уже нет такого, чтобы люди ждали, когда снимут кино, с развалом Советского союза мы потеряли свой рынок.

Я работал над картиной «В ожидании моря», рассказывающей об Аральском море. Этот фильм открыл 7-й Римский кинофестиваль в ноябре 2012 года. В проект я привлёк 5 сопродюсеров из Франции, Германии, Бельгии, Украины и России. Бюджет у картины был небольшой - 2,5 миллионов евро, из них 500 тысяч евро были спонсированы Правительством, а 2 миллиона евро вложили наши сопродюсеры.

«В ожидании моря» снимали в Актау, построили декорации - целый город. К чему я всё это говорю, ведь сам процесс и подготовка к съёмкам принесли деньги в экономику страны. Однако об этом никто не знает, да и знать не хотят. Если у нас нет возможности собирать кассу в прокате, то можно зарабатывать деньги на производстве фильмов. Многие голливудские кинокомпании то и делают, что получают неплохое финансирование за счёт производства, а не релиза.

К сожалению, в нашей системе нет гибкости. В Министерстве есть комплексный план по привлечению инвестиций в государство, где есть всё, вплоть до обувной промышленности, можно ведь было одним росчерком добавить кинематограф. В плане есть пункт, если ты внёс инвестиции в развитие страны, то на момент сдачи продукта государством возвращается 30% от вложенных инвестиций. Вписали бы туда кинематограф, и иностранный партнёр, вкладывая капитал, знал бы, что за произведённый фильм ему вернут 30%.

Арман Асенов

 

- В одном интервью Вы сказали, что для проекта «Қазақ елі» нужны 200 миллионов тенге. Где Вы будете искать финансирование?

- Вы не поверите, ровно в 200 миллионов тенге на тот момент я давал приблизительный расчёт, но как оказалось, попал прямо в точку. На сегодняшний день мой долг составляет 170 миллионов тенге. По государственным нормативам, мы как бы закончили картину, но на самом деле всё ещё снимаем. По заказу правительства бы прописано 10 серий по 26 минут. Но как можно 550-летнию историю с наличием большого количества персонажей, костюмов и массовки втиснуть в 26 минут? Проект состоит из 170 сцен, где каждая сцена имеет начало, кульминацию и развязку. При всех сокращениях и клиповом монтаже, у нас выходит 17 минут, когда в сценарии прописано 1,5 минуты. Здесь возникает вопрос - как можно за 26 минут рассказать историю одной серии? При этом, обязательно нужно рассказать, что происходило в предыдущей серии. Нас с самого начала загоняют в неправильные рамки, в результате чего возникают осложнения.

Мы планируем 10 февраля завершить съёмки, параллельно мы осуществляем монтаж, 140 сцен уже находятся в черновом варианте. После окончания съёмок мы займёмся постпродакшном, и «Қазақ елі» ориентировочно выйдет ко Дню столицы. Мы хотим внести предложение в Министерство о том, чтобы сделать не 10, а 20 серий, поскольку история рассказана не до конца, а пока группа собрана, декорации и костюмы есть, это не займёт особых затрат. Можно начать прокат со Дня столицы и завершить ко Дню независимости. Как раз в следующем году у нас будет проводиться выставка «Экспо-2017», и люди, которые приедут, уже будут знать историю нашего государства. Также история «Қазақ елі» интересна тандемным правлением, которое было введено ханами Жанибеком и Кереем. Сейчас оно подхвачено многими странами и считается чьим-то ноу-хау (секрет производства). В России, например, тандемное правление Путина и Медведева, это нормальное явление в политике, придуманное казахами и переданное своим потомкам. Теперь у нас будет 20 серий, хронометраж каждой серии - 42 минуты - формат нормального большого кино. Не хочется ассоциировать его с сериалом, наш проект - это многосерийный телевизионный художественный фильм, как «17 мгновений весны», «Место встречи изменить нельзя», «Тени исчезают в полдень»

 

Продолжение интервью читайте совсем скоро на «Бродвее»

Интервью взяла Айдана Мамаева

 

Еще по теме: 

Интервью с Арманом Асеновым. Часть 2

На съемки «Казахского ханства» собрано 150 млн. «народных» тенге

«Казахское ханство» будет финансироваться народом​

Нет комментариев, оставьте первый

, чтобы оставить комментарий

Рекомендуем

Интервью

20 Февраля, 2014

«Фуга: Дорога в никуда»

Или интервью за пределами действительности.

brod.kz

Интервью

6 Февраля, 2014

Санжар Мадиев. Честность и бесстрашие

Удачная охота - это охота за призраком

brod.kz

Интервью

4 Декабря, 2015

Новое амплуа Асель Садвакасовой

Асель рассказала о том, каково быть продюсером и почему лучше держать голову холодной, а сердце горячим.

Flyin_Hi

Интервью

2 Сентября, 2014

От девственника к солдату

Преображение Турара Давильбекова.

brod.kz

Рецензии

12 Января

«Почему он?»: Люби меня смешнее

Мировое кино

10 Января

Трейлер фильма «Основатель»

Майкл Китон перевоплощается в основателя McDonald's

Знай в лицо

Ануар Райбаев

Режиссер

Сергей Уфимцев

Актер

Сергей Бодров

Режиссер

Ермек Турсунов

Режиссер

Мурат Нугманов

Оператор – постановщик

Алдабек Шалбаев

Актер

Алия Телебарисова (Ануарбек)

Актриса